«Стал любить светлое»

О работе шахтера мне известно мало. Что это опасно — знаю, что страшно — знаю. Но насколько…

С Олегом Вихляевым я познакомилась в прошлом году. Коренной котовчанин, после службы в армии он поехал в Донецкую область на заработки. Устроился на шахту.

«Когда я впервые опустился в забой, — рассказывает Олег, — я испытал ни с чем не сравнимые чувства. Страха, из-за того, что надо мною нависла толща земли и угля. Понимания, что случись чего — отсюда не выбраться. Эти чувства усугубляло отсутствие нормального воздуха (вентиляция в шахте принудительная) и света.

Первый день я провел в забое очень напряженно. Пришел в общежитие, упал на койку, но, несмотря на сильную усталость, уснуть не мог… Когда утром подошел к клети (в ней шахтеров опускают на глубину), ребята улыбнулись: раз пришел на второй день — работать будешь, некоторые ведь не приходят…

Работал я лежа, уголь дробил, и он сыпался на меня. Из забоя выходил — одни глаза и зубы были светлыми. Но отмывался, одевался и выходил на улицу. Радовался солнцу, ветру.

Знаете, полюбил я тогда светлые одежды: рубашки — белые, брюки — белые, туфли — белые. Как в противоположность тому мраку, в который я опускался…

Зарабатывал я хорошо — по 800 рублей в месяц выходило! Для 70-х это была солидная сумма! Матери помогал, семьей обзавелся — на все денег хватало. О будущем не задумывался, потому что понимал, что работа шахтера опасная — многих из моей бригады уже нет в живых…»

Олег задумывается, потом стряхивает с себя оцепенение и достает из тумбочки увесистый кусок угля-антрацита. Камень отсвечивает на солнце сине-зеленым цветом, он совсем не мрачный и не страшный.

Я не знаю, что говорят шахтерам, когда они опускаются в забой. Я просто хочу пожелать им обязательно выйти их шахты живыми.

С праздником, Олег!

Комментарии0